10 августа 2010 г. на Общем собрании акционеров (приложение №1) представители Н.Лагуна в Наблюдательном совете Сулимов С. И Попова Е. были отозваны, вместо них Заместителем Председателя Наблюдательного совета стал представитель компании BACKWOOD HOLDINGS LIMITED Дудник А.П., членом Наблюдательного совета —  представитель компании LEOBERG HOLDINGS LIMITED Мохортов В.Б.

В связи с продолжением в этот период кризисных явлений, как в экономике Украины в целом, так и на рынке страховых услуг, Правлением НАСК «Оранта» (единогласно проголосовали все присутствующие члены) было принято решение №427 от 07.12.2010 г. об уменьшении размера вознаграждения по лицензионным договорам на 2011 г. Данное решение было подписано председателем Правления и секретарем Правления Грищенко В.М.  (приложение №2).

Наблюдательный совет Компании 9 декабря 2010 г. рассмотрел и утвердил данное решение. Приняли участие в голосовании и подписали решение все члены   Наблюдательного совета в полном составе, а именно, следующие представители крупных акционеров Компании: Дудник А.П., Мохортов В.Б., Просянкин П.Ю., Варенко М.В. (приложение №3).  Это свидетельствует о том, что новые члены Наблюдательного совета – представители крупных акционеров были знакомы с ситуацией и принимали активное участие в то время в «жизни» данных договоров.

29 декабря 2010 г. Набсоветом ИМГ был рассмотрен вопрос о предоставлении предварительного согласия на заключение с НАСК «Оранта» дополнительных соглашений к лицензионным договорам №№ 04-08, 05-08, 06-08, 07-08, 08-08, 09-08, 10-08, 11-08, 12-08, 13-08 от 01 октября 2008 г.  и №№ 22-08, 23-08 от 13 октября 2008 г. относительно уменьшения совокупного ежемесячного вознаграждения по лицензионным договорам. За это решение Набсовет проголосовал единогласно в полном составе, в том числе господа Дудник и Мохортов. Протокол №8 подписан собственноручно всеми членами Наблюдательного совета ИМГ (приложение №4).

В дальнейшем, на 2012 и 2013 годы были приняты и одобрены подобные решения Правления и Наблюдательного совета и были подписаны всеми их полномочными членами (приложение №5, №5/1, приложение №6, №6/1 соответственно).

Весь коллектив НАСК «Оранта» приложил много усилий для завоевания страхового рынка Украины, авторитета лидера среди страхователей и коллег – страховщиков. И желание полностью «подчинить» себе Компанию не покидало одного из акционеров, но этому очень мешали заключенные лицензионные договора с ИМГ на торговые знаки.

Рейдеры понимали, что без 100%-го владения «торговыми марками» они не смогут полноценно управлять активами компании, поэтому не брезговали никакими механизмами оспаривания незаконности принятого ранее Правлением и одобренного Наблюдательным советом решения о передаче торговых марок ИМГ. А свои рейдерские действия камуфлировали под корпоративный конфликт.

Так, летом 2011 года один из акционеров НАСК «Оранта» (гражданин Емец Н.А.), якобы, узнав о том, что торговые марки «Оранта» перешли в собственность Холдинга, обратился в суд о признании недействительным договора о передаче исключительных имущественных прав на знаки от 25.07.2008 г., договора №1 об отчуждении права на получение охранного документа по заявке от 03.09.2008 г.; договора №2 об отчуждении права на получение охранного документа по заявке от 03.09.2008 г.

Рассмотрев данное дело 32-614/11, Лохвицкий районный суд Полтавской области постановил, что представители Компании и Холдинга, которые подписали договора о передаче исключительных имущественных прав на знаки от 25.07.2008 г., договоров №1, 2 об отчуждении права на получение охранного документа по заявкам от 03.09.2008г. личной выгоды от заключенных договоров не получили. Оспариваемые договора негативных последствий не вызвали, представители НАСК «Оранта» и ИМГ действовали в рамках своих полномочий в соответствии с требованиями действующего законодательства Украины.

Суд принял решение отказать в удовлетворении иска г-на Емца к НАСК «Оранта» и ИМГ. Решение суда вступило в законную силу 06.09.2011 г.

О «деятельности» членов Наблюдательного совета господ Дудника и Мохортова мы уже писали ранее, заметим только, что в феврале 2012 года они подали заявления о прекращении своих полномочий в Наблюдательном совете.

Представители акционера В. Пинчука таким образом планировали «заблокировать» принятие решений Наблюдательным советом в последующем, соответственно, деятельность и самой Компании. Это был очередной продуманный ход рейдеров – очередное давление на менеджмент и других акционеров  Компании.

Все детально перечисленные документы (решения Правления. Наблюдательного совета и Общих собраний акционеров НАСК «Оранта» и Холдинга, доверенности представителей акционеров) и описанные выше события являются безоговорочными фактами, которые подтверждают, что с 2008 г. и по настоящее время все акционеры и их представители (как бывшие, так и нынешние), практически все должностные лица НАСК «Оранта» (в том числе и те, которые на сегодняшний день остаются на руководящих должностях в Компании) были хорошо осведомлены о подробностях сделок с торговыми марками «Оранта», принимали непосредственное участие в подготовке и заключении, согласовании этих договоров и дополнительных соглашений к ним.

Приведенные выше факты свидетельствуют и о том, что акционеры и/или инвесторы Компании, в случае возникновения сомнений относительно правомерности указанных сделок с торговыми марками «Оранта», имели возможность в любой момент принять необходимые меры и проверить их законность и легитимность. Ни НАСК «Оранта», ни Наблюдательный совет этому не припятствовали. Более того, акционеры неоднократно использовали такую возможность, проводя аудиты и due diligence. Кроме внутренних проверок обстоятельств купли-продажи торговых марок, которые проводились Ревизионной комиссией НАСК «Оранта», а также независимыми специалистами, проверки законности сделки проводились государственными контролирующими органами.

(Так, Национальная комиссия, которая осуществляет государственное регулирование в сфере услуг (далее -Нацкомфинуслуг), с 13 мая по 21 июня 2013 г. провела внеплановую проверку НАСК «Оранта» по вопросам, которые были изложены в служебном письме Департамента контрразведывательной защиты экономики государства СБУ от 18.01.2013 г. №8/1/3-403 относительно проверки финансово-хозяйственных отношений НАСК «Оранта» с рядом контрагентов, включая ИМГ).

Это был следующий этап «наезда» неугомонных рейдеров – привлечение государственных органов к «заказным» проверкам, так как законным путем добиться желаемого у них не получалось.

Необходимо особо отметить, что в Акте о результатах этой проверки от 21.06.2013г. №85/13-7ФП (приложение №7), после детального анализа взаимоотношений НАСК «Оранта» и ИМГ, в частности, относительно сделки купли-продажи торговых знаков и заключения лицензионных договоров, инспекционной группой Нацкомфинуслуг был сделан вывод об отсутствии нарушений требований законодательных и других нормативно-правовых актов Украины о финансовых услугах.

28 августа 2012 г. поручение на проведение проверки деятельности НАСК «Оранта» выдает руководитель Центрального территориального Департамента Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку Украины (далее — НКЦБФР). Возможности В.Пинчука позволяли и позволяют «привлечь» любой контролирующий орган Украины к проверке будь-какого предприятия, которое его заинтересует.

На обращение Компании к НКЦБФР указать причины для проведения внеплановой проверки, НКЦБФР ответила, что она проводится по поручению Кабинета Министров Украины!!! от 13.08.2012 г. № 32912/1/1-12 о проверке в пределах компетенции вопросов, изложенных в обращении бывшего народного депутата Украины г.Бондаря от 13.08.2012 г. №980-VI-397, а именно: соблюдение требований законодательства при осуществлении в НАСК «Оранта» существенных сделок, в том числе сделок купли-продаже торговых знаков и лицензионных договоров.    

Может показаться странным, что уже бывшего народного депутата заинтересовали конкретные сделки в отдельно взятой Компании. Г. Бондарь сослался, на якобы обратившихся к нему акционеров НАСК «Оранта» Доманской Л.Д., Ступниковой Т.С. и Гижко В.П.

Как мы уже писали, что проверкой данных акционеров было установлено, что г. Доманская стала акционером незадолго до ее обращения к г.Бондарю, то есть в 2012 г., а г.г.Ступникова и Гижко в реестрах акционеров за период с 2004 по 2012 год вообще отсутствовали. 

Данные факты приводят к мысли о том, что действия этих физических лиц не являются самостоятельными, их использовали рейдеры для того, чтобы организовать проверки контролирующими органами, которые переживала Компания в 2012-2013 г.г. 

Следует также отметить, что компании BACKWOOD HOLDINGS LIMITED и LEOBERG HOLDINGS LIMITED, которые летом 2009 г. приобрели акции НАСК «Оранта» и вместе с компанией ORBELON TRADING LIMITED (сначала подконтрольные Лагуну, а затем Пинчуку) стали участниками Холдинга, приобретя совокупную долю в размере 50% его уставного капитала (принадлежит этим компаниям и по сегодняшний день).

НАСК «Оранта» и ИМГ достойно прошли все эти проверки, по результатам которых не было выявлено ни единого факта нарушения законодательства Украины, что отображено в Актах проверок. Акт проведения внеплановой проверки  соблюдения требований законодательства относительно ценных бумаг от 05.10.2012 г., составленный инспекционной группой НКЦБФР (приложение №8).

На этом проверки Компании не закончились. Начиная с июля и до конца 2012 года НАСК «Оранта» проверяла СБУ Украины, отвечая на бесконечные запросы этого контролирующего (силового) органа.

Фантазии и возможностям рейдеров не было предела. Был привлечен председатель Апеляционного суда г.Киева г.Чернушенко, который и оформлял постановления суда  и выдал их более 10!. Кроме НАСК  «Оранта» постановление с запросом СБУ за подписью Чернушенка А.В. получил и ИМГ. И снова проверяющих интересовал вопрос законности сделки купли-продажи торговых марок. 

Письмом от 13.09.2012 г. 342 Первому заместителю Председателя СБУ Шатковскому П.М. Холдинг подробно описал детали проведенной сделки с НАСК «Оранта» (приложение №9). Интересный факт, это письмо было подготовлено и подписано Вице-Президентом ИМГ по вопросам безопасности и, одновременно, Заместителем Председателя Правления НАСК «Оранта» В.М.Грищенко, который в данный момент является Председателем Правления НАСК «Оранта» и который,  выслуживаясь перед своими  хозяевами, теперь уже поставил свою подпись под исковым заявлением о признании недействительными договоров о передаче торговых марок «Оранта» от НАСК «Оранта» ИМГ.

Возвращаясь к проверке СБУ, необходимо напомнить, что во второй половине 2012 года на запросы этого компетентного органа НАСК «Оранта» подала на бумажном и электронном носителях информацию, которая поместилась на десятках тысяч страниц!

В результате  этой всеобъемлющей проверки органами СБУ каких-то незаконных действий, в том числе относительно сделок с торговыми знаками «Оранта», выявлено не было. Все материалы, которые были затребованы в Компании (78571 лист!) Служба Безопасности Украины вернула в НАСК «Оранта» письмом от 16.05.2013 г. 38/1/3-499 (приложение №10).

СБУ, проводя собственную проверку, одновременно задействовало другие контролирующие органы (с 20.11.2012 по 10.12.2012 г. была проведена проверка ООО ИМГ инспекционной группой ГНИ в Голосеевском районе. Акт о результатах проверки от 17.12.2012 г. №570/1-22-40-35726465 (приложение №11).

Нарушений проверяющие не выявили.

Инспекционной группой Центрального офиса по обслуживанию крупных плательщиков налогов ГНС Украины с декабря 2012 г. по февраль 2013 г. была проведена выездная проверка НАСК «Ораниа» по вопросам соблюдения налогового, валютного и прочего законодательста Украины за период с 2009 по 2012 г. Особое внимание было уделено и законности проведения сделки с торговыми знаками «Оранта».

Инспекционная группа также не обнаружила никаких нарушений. 

Рейдеры, понимая, что проверки не принесли желаемого результата, Компания «измотана» этими проверками, кризисными явлениями на финансовом рынке Украины, предпринимают  следующий шаг – привлекают Нацкомфинуслуг, которая в декабре 2013 г. распоряжением от 05.12.2013 г. №4431 отстраняет Правление НАСК «Оранта» под руководством исполняющего обязанности Председателя Правления В.М.Грищенка от управления Компанией и вводит временную администрацию. С момента введения временной администрации  НАСК «Оранта» прекратила исполнение своих обязательств перед ИМГ. На все требования ИМГ к НАСК «Оранта» относительно выполнения договорных обязательств НАСК «Оранта» в лице временного администратора  уклонялись от признания факта задолженности. Вместе с тем, в течении года переписки вопрос о незаконности проведения данной сделки не поднимался.

После того, как НАСК «Оранта» в лице временного администратора А. Настасенко (а позднее, А. Бажана) прекратила выплачивать ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани» вознаграждение по указанным лицензионным договорам, ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани» в течение года пыталось решить с Компанией вопрос о погашении задолженности в досудебном порядке.

Поскольку все попытки добиться от НАСК «Оранта» выполнения договорных обязательств досудебным путем оказались безуспешными, ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани» в декабре 2014 года подало исковое заявление в Хозяйственный суд г. Киева о взыскании с НАСК «Оранта» упомянутой задолженности.

Необходимо отметить, что с 2008 года и до момента подачи ИМГ — владельцем зарегистрированных торговых марок, в конце 2014 года указанного иска, от НАСК «Оранта» не было ни одного письма или любого другого документа, в котором бы НАСК «Оранта» была бы не довольна действиями ИМГ, как владельца торговых марок, и со стороны ИМГ не было предпринято ни одного действия, которое стало бы помехой использования НАСК «Оранта» торговых марок, охраняемых свидетельствами № 6561, № 6562, № 36591, № 36592, № 46385 , № 46386, № 82725, № 86304, № 98009, № 98010, или нарушала бы права НАСК «Оранта».

Но, в феврале 2015 года, после возбуждения Хозяйственным судом города Киева дела о взыскания с НАСК «Оранта» задолженности по лицензионным договорам, НАСК «Оранта» обратилась в суд с иском о признании недействительным договора о передаче исключительных имущественных прав и признании недействительными свидетельств Украины № 98009, № 98010, одновременно подав ходатайство о приостановлении производства по делу о взыскании с НАСК «Оранта» задолженности по лицензионным договорам.

Дело по иску НАСК «Оранта» дважды проходило все судебные инстанции. Постановлением Высшего хозяйственного суда Украины от 23.02.2016 по делу № 910/4731/15-г судебные решения первой и апелляционной инстанций были отменены, а дело направлено на новое рассмотрение.

Решением Хозяйственного суда города Киева от 17.05.2016 по делу № 910/4731/15-г  исковые требования были частично удовлетворены, договор о передаче исключительных имущественных прав от 25.07.2008, а также свидетельства Украины № 98009, № 98010 признаны недействительными.

Постановлением Киевского апелляционного хозяйственного суда от 20.07.2016 года, а также постановлением Высшего хозяйственного суда Украины от 27.09.2016 года по делу № 910/4731/15-г указанное решение Хозяйственного суда города Киева оставлено без изменений .

Суды мотивировали свои решения следующими выводами.

  • НАСК «Оранта» принадлежит хорошо известное в Украине коммерческое (фирменное) наименование «Национальная акционерная страховая компания «Оранта», о чем свидетельствует участие истца (НАСК «Оранта») в различных общегосударственных объединениях («Ядерный страховой пул», МТСБУ, Украинский союз промышленников и предпринимателей), а также участие и победа в общегосударственных рейтингах;
  • согласно заключению судебного эксперта от 28.09.2015 № 1030, который составлен по результатам проведения судебной экспертизы объектов интеллектуальной собственности в хозяйственном деле № 910/4731/15-г, знаки для товаров и услуг по свидетельствам Украины № 46385, № 46386, № 36592, № 36591, № 6562, № 6561, № 82725, № 86304, № 98009, № 98010 являются похожими с коммерческим (фирменным) наименованием Открытое акционерное общество «Национальная акционерная страховая компания «Оранта» настолько, что их можно спутать; а также могут ввести в заблуждение потребителей относительно услуг, которые предоставляются Открытым акционерным обществом «Национальная акционерная страховая компания «Оранта»;
  • как следует из пункта третьего статьи 6 Закона Украины «Об охране прав на знаки для товаров и услуг» не могут быть зарегистрированы как знаки обозначения, тождественные или похожие настолько, что их можно спутать, в частности с фирменными наименованиями, известными в Украине, и которые принадлежат другим лицам, получившим право на них до даты подачи в Учреждение заявки в отношении таких же или родственных им товаров и услуг;
    Согласно предписаниям пункта «а» части первой статьи 19 Закона Украины «Об охране прав на знаки для товаров и услуг» установлено, что свидетельство может быть признано в судебном порядке недействительным полностью либо частично в случае несоответствия зарегистрированного знака условиям предоставления правовой охраны.

В соответствии с пунктом седьмым статьи 16 Закона Украины «Об охране прав на знаки для товаров и услуг» владелец свидетельства может передавать любому лицу право собственности на знак полностью или относительно части указанных в свидетельстве товаров и услуг, на основании договора. Передача права собственности на знак не допускается, если она может стать причиной введения в заблуждение потребителя относительно товара и услуги или в отношении лица, производящего товар  или предоставляет услугу.

  • Правление НАСК «Оранта» не могло подать иск, потому что находилось под контролем Наблюдательного совета, а Наблюдательный совет контролировался О. Спилкой и А. Тыминским, которые не были заинтересованы в подаче такого иска, поскольку одновременно являлись участниками ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани». Эта ситуация, по заявлению НАСК «Оранта» и по мнению суда, продолжалась с 2008 года и вплоть до 04.12.2014 г. и является основанием для восстановления срока исковой давности.

Многократные заявления (подаваемые как письменно, так и заявляемые устно в судебных заседаниях), конкретные документальные доказательства, предоставленные ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани» на каждой стадии этого длительного судебного разбирательства и полностью опровергающие этот надуманный и явно заказанный иск, были судами различных инстанций либо перекручены в пользу истца, либо вообще проигнорированы до такой степени, что суды в своих решениях о таких доводах ответчика не удосуживались упомянуть даже слово. 

Так, суды абсолютно безосновательно не учли следующие обстоятельства:

  • согласно п. 1 ст. 16 Гражданского кодекса Украины «каждый человек имеет право обратиться в суд за защитой своего личного неимущественного или имущественного права и интереса»;

Согласно ч.1 ст. 1 ГПК Украины предприятия, учреждения, организации, другие юридические лица (в том числе иностранные), граждане, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и в установленном порядке приобрели статус субъекта предпринимательской деятельности, имеют право обращаться в хозяйственный суд согласно установленной подведомственности хозяйственных дел за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и охраняемых законом интересов, а также для принятия предусмотренных этим кодексом мер, направленных на предотвращение правонарушений.

Согласно ч.1 ст. 33 ГПК Украины каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истец (НАСК «Оранта») в своем исковом заявлении, приложениях к нему и в любых других документах, которые он привлекал к материалам дела, никоим образом не доказал (в материалах дела отсутствуют какие-либо объяснения по этому поводу), где и каким образом было совершение нарушения прав истца со стороны ответчика-1 (ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани»).

Согласно п. 2.2 постановления Пленума Высшего хозяйственного суда Украины № 10 от 29.05.2013 года «О некоторых вопросах практики применения исковой давности в решении хозяйственных споров»:

«… Суд должен выяснить и указать в судебном решении, нарушено ли право или охраняемый законом интерес истца, для защиты которого тот обратился в суд. В случае, если такое право или интерес не нарушены, суд отказывает в иске на основании его необоснованности.».

Однако, и в решениях первых двух инстанций, и в постановлении Высшего хозяйственного суда Украины от 27.09.2016 по данному делу суды оставили без внимания необходимость выяснения того, были ли нарушены права истца, какие именно права были нарушены и с какого момента, чем нарушили нормы материального права, в частности ст. 15, 16 ГК Украины, и ряд норм процессуального права, в частности ст. 32, 33, 43 ГПК Украины.

Анализ решений судов по этому делу, в том числе постановления Высшего хозяйственного суда Украины от 27.09.2016 года, свидетельствует о том, что суды вообще не исследовали вопрос о наличии или отсутствии нарушенных прав истца как основания для обращения в суд с настоящим иском. Суды решили, что будет достаточным установление факта нарушения законодательства при заключении спорных договоров. Однако, сам факт заключения спорных договоров с нарушением норм законодательства необязательно свидетельствует об автоматическом нарушении прав сторон таких договоров. И факт нарушения прав стороны договоров (истца) требует отдельного исследования и подтверждения надлежащими и допустимыми доказательствами, поскольку, как отмечалось выше, в суд имеют право обращаться только лица, права которых нарушены, для защиты таких прав.

Единственным доводом НАСК «Оранта» в защиту своей позиции о наличии ее нарушенных прав было указание на договор о передаче исключительных имущественных прав на знаки для товаров и услуг, и, якобы, именно он (договор) сам по себе нарушает права истца.

В судебных заседаниях практически всех инстанций на многочисленные вопросы представителей ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани», каким же конкретными действиями ответчик — 1 нарушил права истца, представитель НАСК «Оранта» каждый раз заявлял, что права истца были нарушены ответчиком — 1 именно фактом подписания (заключения) оспариваемых договоров. Очевидно, напрашивается единственный вывод — права истца были нарушены самим истцом при заключении договоров о передаче прав на знаки истца. Также следует отметить, что вопрос о том, каким образом были нарушены права истца относительно свидетельств Украины на знаки для товаров и услуг №98009 и №98010, в судебных решениях вообще не упоминается. 

  • как установлено судами, с момента, когда истец узнал о якобы нарушении своего права (в момент заключения спорного договора в 2008 году), и до момента подачи иска прошло около 7 лет, то есть срок исковой давности был пропущен истцом.

В результате истцу должно было быть отказано в удовлетворении иска. Однако, суды предыдущих инстанций возобновили срок исковой давности, признав предоставленные истцом доводы восстановления такого срока уважительными.

Однако, для возобновления срока исковой давности уважительными причинами могли бы быть следующие:

  • прямые препятствия со стороны каких-либо лиц в подаче истцом иска о защите своих прав с предоставлением документальных доказательств таких препятствий;
  • конкретные обстоятельства, которые напрямую делают невозможным подачу истцом иска, опять же, подтвержденные документальными доказательствами такой невозможности.

Любые другие обстоятельства, которые не исключают подачи иска в течение срока исковой давности, не могут считаться уважительными для восстановления срока исковой давности.

Вопрос о важности этих причин, то есть о наличии обстоятельств, которые по объективным, не зависящим от истца основаниям, делали невозможным или существенно затрудняли своевременную подачу иска, решается хозяйственным судом в каждом конкретном случае с учетом имеющихся фактических данных о таких обстоятельствах.

При таких условиях, для надлежащей оценки, являются ли причины пропуска исковой давности уважительными, суды по данному делу должны были выяснить, по крайней мере, следующие обстоятельства:

  • наличие или отсутствие прямых запретов Наблюдательного совета или любых должностных лиц (например, О. Спилки или А. Тыминского) на обращение в суд с таким иском;
  • подлежало ли обращение в суд с подобным иском обязательному согласованию с Наблюдательным советом или его отдельными членами;
  • имели ли место в течение всего семилетнего срока любые документально подтвержденные инициативы со стороны Правления, Председателя Правления, других лиц, наделенных соответствующими полномочиями, по обращению в суд с данным иском;
  • инициировали ли хоть раз любые лица (сотрудники истца, его должностные, служебные лица, представители акционеров, клиенты, контрагенты и т.д.) перед любым органом управления истца вопрос о подаче этого иска? И если да, то были ли такие обращения безрезультатными и по каким причинам?

Без выяснения вышеуказанных обстоятельств суды не могли прийти к обоснованному выводу об уважительности причин пропуска срока исковой давности как основания для его восстановления, что является грубым нарушением норм процессуального и материального права.

Однако суды, принимали решение, исходя из голословной версии истца, по которой Правление не могло подать иск, потому что находилось под контролем Наблюдательного совета, а Наблюдательный совет контролировался О. Спилкой и А. Тыминским, которые не были заинтересованы в подаче такого иска, и эта ситуация продолжалась с 2008 года до 04.12.2014 г.

Доводы ответчика — 1 о том, что с октября 2009 года О. Спилка и А. Тыминский были всего лишь двумя из шести членов Наблюдательного совета НАСК «Оранта» и, соответственно, не могли контролировать ни деятельность Набсовета, ни деятельность истца в целом, суды всех инстанций отклоняют на том основании, якобы, что компетенция Наблюдательного совета в новой редакции устава НАСК «Оранта» осталась такой же, как и была в предыдущей редакции устава.  Но никто и не возражает против того, что согласно уставу (в любых редакциях) Наблюдательный совет НАСК «Оранта» осуществляет контроль над Правлением.  Речь идет о том, что О. Спилка и А. Тыминский не имели с октября 2009 года решающего голоса (влияния) при принятии решений новым (и последующими) составом Наблюдательного совета истца. Однако, данный аргумент судами попросту игнорируется.

Более того, представители ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани» присоединили к материалам дела копии решений Наблюдательного совета истца, которые доказывают, что в продолжение нескольких лет (с 2009 по 2013 года) Наблюдательный совет НАСК «Оранта» ежегодно, в полном составе, единогласно утверждал размеры вознаграждения, которое истец выплачивал ответчику — 1 за использование оспариваемых торговых знаков.   Каждому из указанных решений Наблюдательного совета НАСК «Оранта» предшествовали аналогичные решения Правления НАСК «Оранта», которыми Набсовету предлагалось утвердить размеры вознаграждения за использование истцом торговых знаков ответчика — 1, и которые (решения Правления) также принимались ежегодно и единогласно всеми действующими в то время членами Правления.

Казалось бы, копии этих решений с личными подписями всех членов Наблюдательного совета и Правления НАСК «Оранта» в нескольких составах за несколько лет являются очевидным и безусловным доказательством того, что все представители основных акционеров и члены исполнительного органа истца были не только в курсе права собственности ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани» на торговые знаки «Оранта», но и соглашались с таким правом собственности и не видели в этом каких-либо нарушений прав истца. Но и эти обстоятельства и доводы были проигнорированы всеми судебными инстанциями по данному делу.

В конце концов ответчик — 1 предоставил суду копию решения судьи Хозяйственного суда г. Киева Хрипуна О.О по делу №32/484 от 17.11.2008, в котором истец (НАСК «Оранта») в 2008 году обращался в суд с иском к ответчику — 1 (ООО «ИМГ интернешнл холдинг компани») за защитой своих прав относительно признания недействительными лицензионных договоров об использовании торговых знаков, которые являются предметом данного судебного спора.  То есть, к делу было приобщено документальное доказательство того, что истец не только мог, но и реально в 2008 году обращался в суд по защите своих прав против ответчика — 1.

По-видимому, не зная, чем можно возразить против такого прямого доказательства, суды поступили гениально просто — они в своих решениях вообще ни словом не упомянули о наличии решения судьи Хозяйственного суда г. Киева Хрипуна О.О по делу №32/484 от 17.11.2008.

Таким образом, весь ход данного судебного разбирательства, начиная с принятия судьей Р. Сташкивым в марте 2015 года искового заявления к рассмотрению и до вынесения тройкой Высшего хозяйственного суда постановления от 27.09.2016, происходил как по написанному заранее сценарию, при явном благоприятствовании судами одной стороне — истцу, и полном игнорировании доводов ответчиков. Практически, у участников процесса со стороны ответчиков неоднократно возникало убеждение, что судебные решения принимаются («подгоняются») под заранее известный и необходимый истцу результат.

Продолжение следует…